ЗАВЕРШЕНИЕ ПЛАНЕТАРНОГО ЦИКЛА ЭВОЛЮЦИИ?

ПАНОВ А.Д.

Мало у кого вызывает сомнение, что планетарная цивилизация находится на пороге тяжелого системного кризиса. Это и экологические проблемы, и исчерпание невосполнимых ресурсов, и многое другое. Однако кризисы не раз случались в истории человечества1, поэтому уместен вопрос, не является ли приближающийся системный кризис очередным, можно сказать, обычным в череде подобных явлений? Мы попытаемся показать, что на этот вопрос, вероятно, следует дать отрицательный ответ. Хотя приближающийся системный кризис имеет многие черты, характерные и для прежних цивилизационных кризисов, есть основания полагать, что переживаемые сейчас события совершенно уникальны, являются закономерным итогом всей эволюции жизни на Земле, и по своей драматичности сопоставимы с возникновением жизни около 4 млрд лет назад. К такому выводу приводит простой логический анализ хорошо известных фактов.

Для дальнейшего обсуждения нам потребуются некоторые модельные представления о природе эволюции жизни и общества. Мы будем рассматривать биосферу и ее позднюю стадию – ноосферу как последовательные фазы развития единого объекта, который будем называть просто планетарной системой и говорить о единой эволюции планетарной системы. Такое представление поддерживается тем, что в механизмах и движущих силах эволюции как живой природы, так и общества можно обнаружить много общего, что детально обосновано, в частности, в монографиях и статьях А.П. Назаретяна и Г.Д. Снукса2. При том что Назаретян и Снукс развивали свои концепции независимо друг от друга, в их подходах много общего. Центральными понятиями объединенной теории эволюции оказываются эволюционный, или цивилизационный, кризис в терминологии Назаретяна и стратегический кризис в терминологии Снукса. В трактовке этих понятий Назаретяном и Снуксом есть некоторые различия, но гораздо больше общего. Ниже мы будем придерживаться термина эволюционный кризис. Трактовки движущих сил эволюции обоими авторами также весьма близки друг другу. На объединенную теорию эволюции биосферы и общества мы будем ссылаться, в соответствие с терминологией Назаретяна, как на синергетическую модель истории. Ниже мы кратко зафиксируем некоторые моменты этой концепции, соответствующие нашему собственному ее пониманию, которое мы выработали благодаря работам как Назаретяна, так и Снукса. Надо отметить, что на излагаемые ниже представления оказала также влияние теория эволюции Э.М. Галимова3, хотя он развивает объединенную теорию эволюции добиологических химических форм организации вещества и жизни, но не жизни и общества. Наше изложение концепции ни в коем случае не претендует на полноту и имеет своей целью главным образом фиксацию терминологии, необходимой для дальнейшего использования.

Системность планетарного развития выражается, в частности, в том, что похожие эволюционные события происходят более или менее синхронно в разных местах планеты, или, иначе, основные эволюционные события обладают планетарном значением и масштабом. Эволюция планетарной системы имеет вполне определенную направленность – она имеет «векторный» характер. Самое, пожалуй, важное, что эволюция до сих пор происходила в направлении последовательного усложнения структуры и удаления планетарной системы от состояния термодинамического равновесия.

Планетарная эволюция хотя и имеет векторный, в определенном смысле однонаправленный, монотонный, характер, отнюдь не является «гладкой». История планетарной системы представляет собой последовательность сменяющих друг друга качественно различных фаз, разделенных более или менее отчетливыми фазовыми переходами. Фазовые переходы не являются случайными событиями и часто приобретают характер революций. Они происходят в результате ответа планетарной системы на эволюционные кризисы различного типа. При этом продуктивными кризисами, т.е. такими, которые вызывают фазовый переход, являются кризисы не экзогенной природы (вроде падения крупного метеорита, извержения гигантского вулкана или наступления ледникового периода), но кризисы, являющиеся закономерным результатом развития самой планетарной системы. Одним из наиболее характерных примеров кризисов этого типа являются эндо-экзогенные кризисы, в рамках которых деятельность биосферы или общества приводит к таким изменениям среды обитания, что устойчивость планетарной системы ставится под вопрос. Снукс основной упор здесь делает на ресурсных кризисах, в ходе которых на данном уровне функционирования планетарной системы происходит исчерпание жизненно важных ресурсов, характерных для текущей фазы. Назаретян понимает кризисы несколько шире: это могут быть и кризисы, связанные с загрязнением или деградацией окружающей среды, и кризисы техно-гуманитарного баланса (см. ниже), а также и ресурсные кризисы.

Следует добавить, что, конечно, и чисто внешние факторы могут усугубить эволюционный кризис и ускорить его обострение. В геологической летописи Земли с начала фанерозоя (примерно 600 млн лет назад) выделяется несомненная периодичность событий, связанных с массовым вымиранием живых организмов. Удается выделить два периода: первый около 216 млн лет и второй около 30 млн лет. Первый связан с длительностью галактического года (период обращения Солнца вокруг центра Галактики), второй, возможно, с периодом колебания Солнца относительно галактической плоскости4. Таким образом, волны вымирания имеют экзогенное происхождение. Однако далеко не все такие катастрофические события приводили к фазовому переходу биосферы. Часто биосфера восстанавливалась в виде, близком к исходному: например, одни виды трилобитов сменялись другими видами трилобитов. Но в некоторых случаях имели место глубокие перестройки. Возможно, экзогенные факторы способны ускорять развитие кризисов внутреннего, эволюционного происхождения, но действительно революционная перестройка происходит под влиянием внешних факторов только в том случае, когда она назрела по внутренним причинам.

В момент фазового перехода решающим фактором во многих случаях оказывается так называемое избыточное внутреннее разнообразие системы. Под избыточным внутренним разнообразием понимаются такие формы организации планетарной системы, которые не играют существенной системообразующей роли на данном этапе развития и не дают существенных эволюционных преимуществ. Однако в момент наступления эволюционного кризиса именно некоторые из форм избыточного внутреннего разнообразия дают адекватный ответ на кризис и становятся новым системообразующим фактором. По сути, это не что иное, как одна из форм реализации механизма отбора. Существенно, что момент фазового перехода определяется не первым появлением эволюционно продвинутой подсистемы, но только существенной перестройкой планетарной системы, в результате которой такая подсистема становится существенным или ведущим фактором в эволюции.

Следует отметить, что старые эволюционные формы не элиминируются полностью, но продолжают сосуществовать наравне с новыми, часто при этом включаясь в них как составная часть или подсистема (эволюционный консерватизм5). Так, наряду со сложными многоклеточными организмами продолжает существовать одноклеточная фауна, причем основой организации многоклеточного организма является клетка – видоизмененный и специализированный одноклеточный организм. Эволюция напоминает пирамиду, которая прирастает своей вершиной за счет некоторого редуцирования и уплотнения основания. Именно положением вершины определяется достигнутый эволюционный уровень планетарной системы. Надо также отметить, что количественное преобладание одной эволюционной формы над другими, как правило, не может быть критерием выбора наиболее прогрессивной подсистемы и не определяет текущей фазы эволюции. Мы соседствуем с одноклеточными прокариотами, возникшими 4 млрд лет назад. Можно заметить, что полная масса прокариот многократно превышает полную массу человечества, но это не мешает нам определять уровень развития планетарной системы именно наличием цивилизации.

Так как разрешение эволюционного кризиса означает переход планетарной системы в состояние, более далекое от равновесия, чем предыдущее, то для сохранения гомеостаза система должна реализовать некоторые компенсирующие механизмы – сохраняющие реакции. На этапе эволюции цивилизации одним из важнейших механизмов адаптации оказывается совершенствование культурных регуляторов, которые противостоят росту разрушительной силы новых технологий. Те подсистемы цивилизации, которые не в состоянии ответить на техногенные кризисы выработкой адекватных культурных регуляторов, выбывают из эволюции, а выжившие подсистемы обладают более совершенными культурными регуляторами. В этом заключатся гипотеза техно-гуманитарного баланса6. Приведенные выше общие положения будут проиллюстрированы далее многочисленными примерами.

Наиболее удивительной особенностью приведенных выше представлений является то, что по сути одни и те же механизмы характерны для эволюции на самых разных уровнях: от древней биосферы одноклеточных прокариот до современной цивилизации. Это и иерархическая структура эволюции, связанная с эволюционным консерватизмом, и организация ее в последовательность качественно различных фаз, разделенных фазовыми переходами, и общий механизм эволюционного кризиса вместе с ролью избыточного внутреннего разнообразия при преодолении кризиса и переходе в более высокую фазу равновесия. История планетарной системы является частью Универсальной истории – истории развития материи от космологического Большого взрыва до возникновения разума. Замечательно, что такие фигуры эволюции, как эволюционный консерватизм, иерархичность, последовательность качественно различных фаз, идея отбора в разных модификациях, характерны и для добиологических фаз эволюции, включая и самые ранние, такие как, например, распад первичной кварк-глюонной плазмы с образованием первых устойчивых составных элементарных частиц – адронов – сразу после Большого взрыва, образование первых атомов, и т.д.7. Поэтому термин «Универсальная история», т.е. история Универсума, Вселенной, приобретает второй смысл, связанный с универсальностью механизмов эволюции на всех уровнях.

Основная гипотеза, которая будет нами использована, состоит в том, что в истории планетарной системы действительно можно выделить вполне определенную цепочку революционных переворотов – фазовых переходов, которые отделяют друг от друга качественно различные стадии в эволюции планетарной системы. Надо отметить, что эта идея ни в коем случае не является новой и в разной форме и с разной степенью полноты, часто в отношении отдельных периодов времени, не охватывающих эволюцию планетарной системы целиком, высказывалась раньше многими другими авторами. Помимо упомянутых выше работ Назаретяна и Снукса, следует упомянуть работы8, и, без сомнения, этот список неполон.

Фазовые переходы планетарной системы

В дальнейшем анализе будет использован полный набор всех фазовых переходов – революций планетарной системы. Критическое значение имеет методика выделения таких событий.

В ряде случаев, относящихся к планетарной истории, механизм развития и преодоления глобального эволюционного кризиса удается проследить во всех деталях, и тогда выделение данного события как фазового перехода не вызывает практически никаких сомнений. Однако подобное возможно по отношению далеко не ко всем событиям, о которых часто говорят и пишут как о существеннейших переворотах в биосфере или в человеческой цивилизации. Часто это связано с отсутствием детальной информации, а в других случаях может означать, что концепция дает лишь некоторое приближение к действительности. Поэтому синергетическую модель истории не удается использовать как формальный аппарат для выделения в планетарной системе событий, которые можно было бы считать революциями. Тем не менее оказывается, что по поводу статуса ряда исторических или биосферных событий как существенных фазовых переходов, качественно разделяющих различные эпохи, в среде специалистов соответствующего профиля (палеонтологи, антропологи, историки и т.д.) имеется относительно разумный консенсус, хотя о полном согласии говорить, конечно, не приходится ни в одном случае. Именно такие события можно попытаться трактовать как революции планетарной системы. Можно сказать, что выделенные таким образом фазовые переходы являются результатом своеобразной «экспертной оценки». Использованная нами методика базируется на анализе литературных данных и на подтверждении статуса события как планетарной революции на основе характерных признаков фазового перехода (наличие эндо-экзогенного кризиса, роль избыточного разнообразия), когда это возможно. Полностью избежать субъективности в таком анализе невозможно, поэтому его нельзя признать строго научным. Скорее, предлагаемую ниже последовательность событий нужно рассматривать как гипотезу и основу для дальнейшего обсуждения. Возможные ошибки остаются на совести автора.

Окончание следует.

Примечания

1 Моисеев Н.Н. Современный антропогенез и цивилизационные разломы. Эколого-политологический анализ // Моисеев Н.Н. Избранные труды. Междисциплинарные исследования глобальных проблем. Публицистика и общественные проблемы. М., 2003. С. 3.

2 См.: Nazaretyan A.P. Power and wisdom: Toward a history of social behavior // Journal for the Theory of Social Behaviour. 2003.

Т. 33 (4). Р. 405–425; Назаретян А.П. Цивилизационные кризисы в контексте Универсальной истории. синергетика – психология – прогнозирование. М., 2001; То же. 2-е, переработанное изд. М., 2004; Назаретян А.П. Интеллект во Вселенной: истоки, становление, перспективы. М., 2001; Snooks G.D. The dynamic society. Exploring the source of global change. Routledge, London and New York, 1996; Snooks G.D. Uncovering the laws in Global history. Social Evolution & History. 2002. V. 1 (1). Р. 25–53; Snooks G.D. The collapse of Darwinism or the rise of a realists theory of life. Lexington books, Lanham, Boulder, New York, Oxford, 2003.

3 См.: Галимов Э.М. Феномен жизни: между равновесием и нелинейностью. Происхождение и принципы эволюции. М., 2001.

4 См.: Неручев С.Г. Периодичность крупных геологических и биологических событий фанерозоя. Геология и геофизика. 1999. 40 (4). С. 493–511.

5 См.: Галимов Э.М. Феномен жизни: между равновесием и нелинейностью. Происхождение и принципы эволюции. М., 2001.

6 См.: указанные выше работы А.П. Назаретяна.

7 См.: Панов А.Д. Галактический «сверхразум» и программа SETI

// Земля и Вселенная. 2003. № 3; Панов А.Д. Разум как промежуточное звено эволюции материи и программа SETI // Философские науки. 2003. № 9.

8 См.: Дьяконов И.М. Пути истории. От древнейшего человека до наших дней. М., 1994; Капица С.П. Феноменологическая теория роста населения Земли // УФН. 1996. Т. 166 (1); Чучин-Русов А.Е. Единое поле мировой культуры. Кижли-концепция. Кн. 1. Теория единого поля. М., 2002; Жирмунский А.В., Кузьмин В.И. Критические уровни в процессах развития биологических систем. М., 1982; Гринченко С.Н. Системная память живого. М., 2004.